0

Это не я!

Это не я!

People fly, people flee

People claim and say «it wasn't me»

— King Crimson

Люди не любят решать неприятные вопросы — особенно если дело касается не пятна на скатерти, а чего-то, требующего подготовки. А безответственные люди стремятся перевести стрелки на что-то или кого-то, особенно если предмета они не знают. Или сесть на край кровати, начать плакать и жаловаться в ожидании того, кто все исправит. Для огромного количества людей в России видеоигры — априори опасность и негатив, потому что они не понимают, что это такое. Им лень поинтересоваться самостоятельно. А бабки у подъезда не перестают твердить, что мусульмане обязательно всех посадят на нож. Хватит одного раза, чтобы направить течение мысли масс в нужном направлении, и потом столетиями с этим бороться. Так уже было.

Если человек засовывает в микроволновку кота, чтобы его высушить, и кот умирает, то человек обращается в Европейский суд по правам человека, и выигрывает дело, получая кучу денег от производителя микроволновых печей. И никто ему напрямую почему-то не говорит, какой он кретин, да и сам он в этом признаться не хочет: есть же козел отпущения, а инструкций к коту не было. Может, еще и на каждом светофоре твое имя через запятую после слова STOP напишем, чтобы машина случайно пополам не переехала, потому что ты не понял, что тут происходит?

Снимок — ser-vek.ru.

Несколько лет назад забавная ситуация сложилась вокруг Call of Duty: Modern Warfare 2. Депутат Валерий Селезнев негодовал по поводу сцены No Russian, в которой главному герою, разведчику, внедренному в бандитскую группировку, нужно было расстрелять пассажиров в московском аэропорту Домодедово. Три очень важных момента: а) по игре этого можно было не делать — то есть, авторы оставляли за игроком возможность просто не жать на курок, все закончится и без участия пользователя; б) игра была маркирована рейтингом «18+»; в) в официальной российской версии игры сцена была удалена, отключена. И чтобы ее включить, нужно было знать, как это делается. Вопросы о том, как несовершеннолетний сын депутата получил доступ к сцене No Russian, Селезнев неловко уводил в сторону, слегка меняясь в лице каждый раз, когда кто-то из аудитории их повторял. Плохо подготовился. Хотя с уверенностью и напряженными скулами советовал сделать возрастную маркировку более понятной, потому что «18+» — ну, это просто какая-то цифра, которая может означать что угодно. И сделать специальные рельефные надписи для слепых и слабовидящих покупателей видеоигр.

Спустя несколько лет, прошлой осенью, возрастные рейтинги в России вроде как начали работать, и все формулировки стали прозрачные, но людям, которые приходят в магазины за видеоиграми на это по-прежнему наплевать. Плевать и тем, кто их продает.

Бабки у подъезда все время обсуждают какую-то грязь, у них все плохо. Я не смотрю телевизор, потому что знаю: с огромной долей вероятности ничего хорошего мне там не покажут. Почти все рейтинговые передачи связаны или со скандалами, или с войнами и катастрофами. Более того, при просмотре телевизора контент льется в голову людям по усмотрению тех, кто составляет эфирную сетку. Отсутствие телевизора позволяет самостоятельно выбирать интересную информацию и фильтровать все, что не нужно. По ТВ, например, не говорят о том, что продавцам в магазинах наплевать на возрастные рейтинги. Или о том, что «Лаборатория Касперского» запустила программу родительского контроля, которая позволяет создать список запрещенных сетевых ресурсов и видеоигр, до которых ребенку лучше не добираться. По телевизору этого нет, зато там есть про игру «Черный топор» в передаче «Час суда» и про то, как Company of Heroes 2 разрушает репутацию советской армии. И еще там есть журналистка Скойбеда, которая хлопает моему коллеге Виктору Зуеву глазами по лицу и говорит, мол, родительская ответственность — это все ерунда какая-то, потому что ну вот а как быть тем, кто все время на работе [или занят чем-то своим, пока ребенок сидит дома один и всем плевать, что он смотрит, читает и во что играет]. Действительно, как же быть? Поинтересоваться предметом, больше никак. Начать с малого — и научиться отвечать за все, что попадает в руки ребенку. Не лениться.

Когда я был маленький, мама все время была на работе, а отца рядом не было — но я точно знал, во сколько мне нужно идти спать, почему не пускают смотреть тот или иной фильм; но самое главное — у меня была страшная пищевая аллергия на все, что не зеленое. И я точно знал, что мне можно есть, а к чему ни при каких обстоятельствах прикасаться нельзя. Интересно, как бы отреагировала публика сегодня, если бы моя мать вдруг написала бы депутатам письмо с просьбой «разобраться в вопросе» и немедленно запретить черешню и мандарины на Новый год.

Начать нужно с того, чтобы родитель сам внутри себя разобрался с тем, что хорошо, а что — плохо. Да, игры — это безусловное новшество, стремительно врывающееся в массы. Но это не способ заткнуть плачущему сыну рот, дав ему в руки PS Vita, а потом, посмотрев очередной кошмарный сюжет по ТВ, воскликнуть: ого, да это же ужас! Давайте все запретим, и будет проще. Лень и идиотизм — причина появления негативного фона вокруг Company of Heroes 2, который рискует распространиться и на все остальные игры, потому что о благодаря CoH2 о них начали думать не с того конца. Те, кто пытается изменить ситуацию с позиции запретов, начал строить дом с чердака: в конце концов, цифровая версия игры никуда не денется из Steam или, в конце концов, торрентов. Если бы к играм начали относиться серьезно чуть заранее, а не в тот момент, когда со всех сторон начали сыпаться жалобы, то все было бы иначе. Самое забавное тут в том, что обвинители не понимают, о чем говорят, а запрещающие — тем более. Страшнее, что никаких альтернативных точек зрения ни те, ни другие признавать не хотят.

Что делать? Идти протестовать? Писать оскорбительные заметки в адрес государственных деятелей, пытаясь их очернить в глазах публики, им потакающей? Нет, это протест в духе «русского марша», куда ходят люди, которые просто хотят выгнать из города всех приезжих. Абсолютно бесполезная, пустая трата времени — к тому же, чреватая неприятностями. Нужно вернуться чуть назад и вспомнить, как учили в начальной школе: подавать окружающим личный позитивный пример.

Удачный пример лидера-просветителя. Вырывать себе внутренние органы не обязательно.

Недавно мне удалось побывать на съемках сюжета про видеоигры для телеканала «Россия-2», шоу «Технологии спорта». Съемочная группа проводила эксперимент: сначала профессиональная спортсменка и олимпийская чемпионка по стрельбе упражнялась в Killzone 3, затем все вместе ездили на стрельбище и проверяли навыки «геймера». При встрече было сразу ясно, что команда вкладывала в слово «геймер» смысл, не соотвествующий увиденному: ждали, очевидно, прыщавого человека в растянутом свитере, заправленном в носки. А приехал человек в приличной одежде, к тому же — коллега: все мы работаем на ВГТРК, только сидим в разных концах Москвы.

В процессе съемок начались вопросы, ощущался скепсис: а что, а как, а вот это вот когда совсем делать нечего, да? А там вот стрельба и насилие же, как же это? Я постарался максимально выдержанно и просто объяснить, что игры есть для всех категорий пользователей, и люди просто не нашли ту, которая им бы подошла. Единственный способ заставить людей думать, что то, чего они боятся — вовсе не страшно, не опасно, а просто требует открытого подхода и сравнительно глубокого изучения, — это показать, как можно нормально выглядеть, разговаривать, писать в интернете и появляться в общественных местах в глаженной одежде и в компании членов семьи. Просто проводя аналогии. Волнует национальный вопрос — завязывайте с бл*****м и алкоголизмом, рожайте здоровых детей и осваивайте (прежде всего, опять же, у себя в голове) институт семьи. Хотите, чтобы ваши близкие люди знали о том, что игры — это здорово, — воспитайте в себе привычку платить за то, во что играете, нормально себя вести в многопользовательских режимах, и следите за тем, чем занимаются ваши дети. Только так, никак иначе.

Также по теме

Также по теме