1

Теория игр: кто побеждает на Ближнем Востоке

Теория игр: кто побеждает на Ближнем Востоке
Историю пишут победители - эту аксиому знают, наверное, все. А игры пишут - вернее, создают - в основном на западе, что тоже более чем очевидно. При этом Восток - дело тонкое, о чём товарищ Сухов вещал своему напарнику ещё в незапамятные времена. И неудивительно, что на западе это “тонкое дело” освещают весьма специфично, если не сказать - однобоко. В своём ключе, удобном как для самого издателя, так и для рынков, на которые он ориентируется, а именно для США и ЕС.

С чего начать? Пожалуй, с наиболее идеологически верного, канонического подхода, который можно наблюдать в самой продаваемой консольной франшизе мира - Call of Duty. Две части CoD посвящены конфликту на Ближнем Востоке, и конечно же американский разработчик не забывает подключить к нему врага номер два, который периодически становится врагом номер один. Наверное, вы уже догадались, о какой стране идёт речь.

Итак, гражданская война 2011-го года в России послужила своеобразным триггером, и кровавый полковник Халед Аль-Асад (очень подходящая фамилия) решил, что ему тоже всё можно. В результате переворота он захватил власть в нескольких странах. Разумеется, нашёлся великомученик из местных: демократический (!) президент Афганистана (!!!) Ясир Аль-Фулани. Его поймали, жестоко избили и казнили, причём казнь транслировали не в интернете - это мелочное дилетантство - а в прямом эфире по телевидению, с мировым охватом.

После такого безобразия белоголовый орлан не мог не исторгнуть свой боевой клич. Бравые американские ребята благородно жертвуют собой: 30 000 человек погибло только в момент взрыва террористами ядерного заряда. Но в конечном итоге демократия и справедливость восторжествовали.

На самом деле, идеологический окрас определяется даже не происхождением разработчика, а в первую очередь именно теми рынками, на которые он ориентируется. Вот, например, Arma 2 Operation Arrowhead - казалось бы, делали братья-славяне, чехи, а всё туда же. Правда, Bohemia Interactive не использует реальные названия стран, вроде Афганистана в CoD, но конфликт между фиктивным Такистаном и Карзегистаном берутся прекратить самые что ни на есть всамделишные войска США и НАТО.

Такистанский диктатор, полковник Мухаммед Азиз (почему все они дослуживаются лишь до полковника? почему б не присвоить себе звание генералиссимуса, раз уж всё равно диктатор!?) собирается использовать против соседнего мирного Карзегистана баллистические ракеты. Такой несправедливости США стерпеть не могут, судьба полковника предрешена.

Примечательно, что столь же однобокий подход наблюдается и в куда более раннем историческом периоде - задолго до ядерных зарядов размером с чемоданчик и баллистических ракет. Battlefield 1, Первая мировая война. Нынешние ключевые актёры ближневосточной арены, вроде Саудовской Аравии, тогда были лишь горсткой кочевых племён, мирно вырезавших друг друга кривыми саблями и не влиявших на мировой баланс.

А вот Турция как раз-таки была куда более важным игроком: речь шла о настоящей милитаристской державе, всё ещё претендовавшей на мировое господство. Но куда ей до Владычицы Морей, Великобритании, когда один Лоуренс Аравийский (на самом деле никакой не аравийский, а британский подданный) с вонючей берданкой и горсткой бронебойных патронов способен в одиночку остановить турецкий бронепоезд! Хорошо хоть в мультиплеере можно для разнообразия поиграть за сынов Османской империи и основательно потравить хлором колонизаторов Её Величества, словно обнаглевших тараканов.

Тем не менее, некоторые вещи - порой весьма важные с точки зрения сценария, да и идеологии как таковой - диктуются текущим геополитическим климатом. Вот, например, Battlefield 3: 2011-й год, до нынешнего обострения отношений с западом. Разумеется, в Иране игру запретили: с точки зрения сценаристов Dice эта страна настолько плохая, что даже повстанцы там в результате переворота устанавливают не справедливость и демократию, а ещё более жёсткую диктатуру, чем при действующей “отвратительной” власти.

Кто поможет исправить ситуацию? Белоголовый орлан (кстати, в природе не гнушается и падалью, как стервятник) уже спешит на помощь. И здесь стоит отметить главную особенность Battlefield 3, отличающую её от всех прочих игр на ближневосточную тематику: наличие _не_ абсолютно злой России! Разумеется, регулярные войска совершают несколько крупных ошибок, зато проницательный спецназовец Дмитрий помогает своему американскому товарищу - ни много, ни мало - предотвратить мировой ядерный конфликт.

Конечно, заряд в Париже взорвали, но ничего не поделаешь: как-то конкурировать с CoD, уже рванувшей чемоданчик в крупном населённом пункте, надо. Зато - повторимся - обошлось без Третьей мировой. Вот что обмен iPad’ами на высшем уровне и “Перезагрузка” делают! Сейчас представить себе подобный сценарий в игре невозможно.

И уж совсем уникальная “белая ворона” - это Spec Ops: The Line. Казалось бы, в 2012-м году в обществе не наблюдалось и тени того недовольства, которое в своё время вызвала война во Вьетнаме. Именно этот конфликт послужил триггером для создания великой кинокартины “Апокалипсис сегодня”. И вот поди ж ты: недовольства нет, а Spec Ops: The Line, полностью копирующая основы “Апокалипсиса”, создаётся.

Да, полковник Курц затерялся во вьетнамских джунглях, а здесь речь идёт о песках Дубая, но принцип один и тот же: целая боевая единица, вышедшая из повиновения командованию и властям США. Как и в картине Копполы, американские дезертиры занимаются не восстановлением демократии, а творят непотребства среди местного населения. Даже странно, что такая игра вышла и как-то продавалась.

Ну а российские разработчики попытались взглянуть на вечную проблему Ближнего Востока с точки зрения легитимно избранной власти. Рассуждать о минусах и плюсах правления Асада мы сейчас не будем - не тот профиль, не тот формат. Приведём лишь один пример: после ликвидации Каддафи (при непосредственном участии США) Ливия из процветающего государства превратилась в зону дикой гражданской войны.

Итак, стратегия “Сирия: Русская буря”. В ней не пытаются рассуждать на серьёзные геополитические темы, даже упоминаний об Асаде там не встретить. Всё повествование разворачивается от лица простого полицейского, верующего человека (разумеется, мусульманина). Когда в городке появляются террористы и начинают расстреливать всех несогласных прямо в мечети, у главного героя нет времени взвешивать “за” и “против”. Спокойная жизнь закончилась, общественный порядок нарушен, угрозу надо ликвидировать.

В игре есть поворотный момент: протагонист с несколькими единомышленниками отражает атаки превосходящих сил противника. Орды душманов, “Тойоты” с пулемётами - в общем, надежды уже никакой. И вдруг из-за края карты появляется российский спецназ при поддержке БМП и пары танков: тут уж сколько Hilux’ов с пробегом, закупленных по дешёвке у саудовцев, ни выставляй, а всё равно толку ноль.

Ещё через две миссии на сцену выходит фронтовая авиация, и это действительно уникальный момент. Нет, конечно не в плане геймплея: стратегий с самолётами и вертолётами - хоть пруд пруди. Однако во всех прочих играх про Ближний Восток небо _безраздельно_ принадлежит НАТО, в то время как в Syrian Warfare (именно так данная стратегия называется на западном рынке, где в неё, как ни странно, даже играют) периодически проносятся Су-27 с красными звёздами на крыльях.

В общем, такой вот вполне очевидный расклад, диктуемый требованиями международного игрового рынка: 1 VS 100. Почти во всех фиктивных ближневосточных сценариях побеждает “демократия и справедливость”, и только в одном случае небольшая российская инди-контора осмелилась трезво взглянуть на то, что на самом деле происходит на Ближнем Востоке. Хотя справедливости ради стоит отметить, что и сумасшедшим немцам из Yager Development (Spec Ops: The Line) смелости не занимать. Видимо, лавры Френсиса Форда Копполы покоя не дают.

Также по теме