32

Не смейте критиковать Metal Gear Solid!

Не смейте критиковать Metal Gear Solid!

Я познакомился с Metal Gear в 1995 году, когда нашел первую часть серии на новом картридже-сборнике для «Денди». Игра резко выделялась на фоне всего, что я видел до нее; большой мир, шпионская механика, много текста (на английском, который я не знал) — пятилетний я не понимал происходящего, но это не помешало мне разобраться и пройти примерно половину игры.

О Metal Gear Solid я узнал только пять лет спустя, когда она вышла на PC. Я прошел ее демо-версию раз десять, после чего добрался до полной игры. С Sons of Liberty история повторилась — в нее я играл на компьютере в варианте Substance; после смерти Эммы Эммерих я окончательно понял, что видеоигры — это серьезно, и я вряд ли когда-нибудь перестану играть. И конечно, я жутко расстроился, когда понял, что Snake Eater не появится на PC.

На мой юный мозг, еще не способный мыслить критически, Metal Gear Solid оказывала чарующее воздействие. Она была чем-то большим, чем просто игрой. Кодзима двигал индустрию вперед: делал стелс, когда никто не делал стелс, делал сюжетные игры, когда их выходило по три штуки в год. На первой PlayStation таких игр не было — неудивительно, что Metal Gear Solid сразу же собрала огромную армию фанатов.

В начале нулевых, когда рынком владела PlayStation 2, у Кодзимы тоже не было конкурентов, поэтому Sons of Liberty и Snake Eater только укрепили его репутацию автора выдающихся сюжетных игр, близких к кино. Но индустрия не стояла на месте, и в эпоху Xbox 360 и PlayStation 3 стало ясно, что у нас есть не только Кодзима, но и, например, Кен Левин. Или Нил Дракманн, сценарист The Last of Us. Да, в отличие от The Phantom Pain, BioShock Infinite не пишет перед каждой новой главой «Directed by Ken Levine» и не выносит его имя на обложку, но разве это как-то умаляет достоинств игры?

Что делает Metal Gear Solid такой выдающейся серией? Это вопрос я задавал нашим зрителям, когда мы с Петром изучали Snake Eater. Во многих комментариях я заметил удивительную вещь: мне раз за разом писали, что серию Кодзимы надо понимать и чувствовать, что ей нужно проникнуться и так далее. Похожая реакция последовала после рецензии Петра на The Phantom Pain: многие читатели повторяли, что этот текст следовало отдать человеку, который понимает Metal Gear Solid. Но что именно там надо понимать и чувствовать? Определенно, дело не в игровой механике. Metal Gear Solid — выдающиеся стелс-экшены, но далеко не единственные в своем жанре. Великолепный стелс был и в Splinter Cell: Chaos Theory, и в Hitman: Blood Money.


Значит, все-таки сюжет? Да, это та еще и глыба: 50 лет, под завязку набитых событиями, два поколения героев — тут есть, где сломать голову. Но опять же, разобраться в нем можно — благо, фанаты делают проекты вроде Metal Gear Timeline. И вникнув в сюжет, ты начинаешь задавать Кодзиме вопросы. Нет, я не буду спрашивать, каким образом Ликвид поработил Оцелота через руку — элементы магического реализма есть во всех частях Metal Gear. Дело в другом. В 1995 году подозрительный Биг Босс возглавляет FOXHOUND и одновременно строит Outer Heaven, но правительство США ничего об этом не знает? Что у них вообще с разведкой? Солидус Снейк спокойно становится президентом США, и журналисты никак не копаются в его прошлом? И при этом всего-навсего одна книжка Наташи Романенко приводит к его отставке? При строительстве Big Shell не было проверок, никакие службы так и не узнали, что это на самом деле Arsenal Gear? В Metal Gear Solid Джонни Сасаки участвует в мятеже FOXHOUND, в Sons of Liberty присоединяется к Гурлуковичу, и в итоге попадает не под трибунал, а в Rat Patrol Team 01? Вау! Сюжет Metal Gear Solid — сложная конструкция, в которой надо разбираться. Но сделав это, не задавайте ей никаких вопросов, иначе она тут же развалится и перестанет быть убедительной.

Я думаю, что в этом и есть ключ к пониманию этой серии. Любить Metal Gear Solid надо безоговорочно, не сомневаясь ни в величии ее автора, ни в ней самой. По сути, ее ярые фанаты — это носители религиозного сознания, в основе которого лежит вера. И они делают все возможное, чтобы она укреплялась, а не пропадала. Они не задают Кодзиме вопросов, потому что он бог, спускающий сверху истину. И даже не увидев The Phantom Pain лично, они считают, что Петр неправ — хотя он-то как раз с игрой знаком (как именно — уже другой вопрос).

Если смотреть на Metal Gear Solid с этой стороны, то все тут же встанет на свои места, а доводы про механику и сюжет потеряют смысл. Все эти «надо понимать, чувствовать и проникнуться» — это как раз про веру. Нельзя верить наполовину или верить чуть-чуть — ты либо веришь всем сердцем, либо не веришь вообще. И получается, что спорить с фанатами незачем: даже если ты пройдешь несколько частей Metal Gear Solid (как это сделал я) и будешь знать весь сюжет серии, то какой в этом толк, если ты не веришь? В терминальной стадии последователь Кодзимы — это такой ИГИЛовец от мира видеоигр.

Будучи редактором Gmbox, я не могу принять такой образ мышления — мне нужно задавать вопросы, копаться. Но я не могу не признать того, что Хидео Кодзима — гений. Чтобы собрать вокруг себя культ, где место священных писаний занимают видеоигры, нужно невероятное мастерство и удача.

В оформлении материала использованы работы пользователя Reddit J3M13yes.

Читайте далее:

Рецензия на Metal Gear Solid 5

10 самых горячих комментариев к рецензии на Metal Gear Solid 5

Также по теме